Народний депутат України

Олександр Співаковський

У нас 60% ректоров выносят из университетов вперед ногами

Сегодня мы поговорим с народным депутатом Украины от БПП Александром Спиваковским.

Здравствуйте, Александр Владимирович. У вас в декларации – целый парк машин, несколько домов, земельные участки и т. д. У нас профессорско-преподавательский состав всегда жил очень трудно. Откуда все это?

Спиваковский: Вы, наверное, обратили внимание, что никто и никогда не говорил, что я брал взятки. Человек зарабатывает свою репутацию десятилетиями, а потерять может за один момент. Я сам математик, а второе – это информатика. Я искал партнеров, в том числе и в США, и такие партнеры у меня есть. Начиная с 2006 года, я работал, как частный предприниматель, параллельно с преподавательской деятельностью. До 2011 года, согласно законодательству – это было возможно. С 2007 по 2011 год я заработал те деньги, которые позволили бы мне три раза купить то, что указано в моей декларации. Кроме того, с 2005 года произошло резкое повышение заработных плат, и я со своей женой, она тоже доктор наук, профессор, мы вместе получали в год, в переводе на те деньги, порядка 50 тыс. долларов. Это неправильно и популизм, когда все радуются, что у народного депутата маленькая зарплата. Человек, которого нанял народ, через выборы, он должен получать достойную заплату, которая позволяла бы ему не пользоваться теми ресурсами, которые он заработал до этого, а зарабатывать те деньги, которые бы ему позволяли жить, как народному депутату –  достойно, передвигаться, решать вопросы.

– Народные депутаты должны начинать жить достойно до того, как все начнут жить достойно, или после того?

– Они должны начать жить достойно до того, как они идут в народные депутаты.

– Писали, что было время, когда вы активно вели кампанию за Януковича. И даже использовали университетский ресурс для проведения этой кампании. Насколько это совпадает с действительностью?

– Это – полная ложь. Когда у нас умер ректор, мне сказал губернатор Костяк, что для того, чтобы мне стать ректором, нужно идти в Партию регионов. Я отказался, и написал открытое письмо, в котором указал, что ректор должен быть вне политики. Я сказал, что в Партию регионов я точно не пойду.

– В области образования никаких реформ не происходит. Почему у нас ничего не происходит ни с реформой средней школы, ни с реформой высшей школы?

– Образование очень специфическая отрасль нашего гражданского общества. Специфика в том, что колоссальная инерция. Самая большая проблема для нас всех, что даже самые правильные реформы, принимаемые неправильным способом, приводят к отрицательным результатам. В Штатах меня учили реформы делать по-другому – вначале приглашаешь независимое консалтинговое агентство, которое выделяет целевые группы, проводит социологическое исследование, и собирает результаты. Это делается достаточно быстро – 2-3 месяца. Эксперты начинают работать не со своей мыслью, а с базой, которая будет потом являться системой аргументирования для общества. Есть вещи, которые надо отбросить, потому что они точно не воспринимаются обществом. Тогда эксперты готовят закон, который основан на той базе, которая собрана. Идея нового закона состоит в том, что девятилетка – это базовая средняя школа. А потом, чтобы дети не скучали, сделать три основных направления – гуманитарное, научное, в том числе, математика, и техническое. В результате человеку становится более интересно, он профильно начинает готовить себя. Но у меня есть вопрос: можно это за два года реализовать, или за три? Авторы законопроекта предлагают это делать за три года – т. е. двенадцатилетка.

– Мы пишем законы из воздуха.

– Это экспертные законы.

– Нужно создать правила игры. А эти правила игры мы очень часто высасываем из пальца. Эксперты, как вы сказали, пишут то, что они считают нужным, а это очень субъективные вещи, свое видение.  

Я хочу, чтобы были реформы, которые обречены на успех. Мой приход в парламент – это вопрос миссии. Я хочу изменить образовательное пространство так, чтобы изменилось поведение основных субъектов этого образовательного пространства – учеников, студентов, родителей, преподавателей и администрации. Мои законы уже все опубликованы, еще два я готовлю к подаче. Один из законов – “О сбалансированности власти в университетах”, который посвящен тому, чтобы распределить систему управления в университетах так, чтобы уменьшить коррупцию. А то получается, что мы им дали автономию, но не сбалансировали власть внутри. В результате мы получаем феодалов, которые создают кланы и управляют университетами, как кланы. Это – колоссальная опасность.

– На Западе университеты прекрасно существуют в условиях полной автономии.

– Например, у наших польских друзей нельзя быть ректором больше двух каденций, а у нас 60% ректоров выносят вперед ногами с университетов. Поэтому второй закон, который я пробиваю сейчас – “Закон про возрастные ограничения”. Там 67 лет – это ограничение для занятий административных должностей, 69 лет – ограничение для занятий академических должностей, 72 года – для занятий профессорских должностей, титулированных. Это закон не об ограничении, а о том, чтобы молодежь не иммигрировала из страны, умная, перспективная часть, а чтобы эта молодежь видела перспективы своего развития и административного, и академического, в университетах. Тогда мы начнем обновлять систему. Обновление системы не приведет к тепловой смерти.

– Если нет научной деятельности университета – нет и университета. Правильно ли, что академик Патон до сих пор возглавляет Академию наук в столь почтенном возрасте?

– Существует определенный физиологический возраст, который не дает человеку работать на нужном уровне. Бывают исключения, но у нас, к сожалению, в стране, из исключения делают правило. Если б я был на месте этого великого ученого и человека, Патона, то я бы уже, конечно, давно бы ушел на пенсию. Можно было бы решить вопрос, чтобы существовал Почетный президент Национальной академии наук, и он бы имел возможность, используя свой авторитет, свой опыт и т. д. – влиять на процесс принятия решений. Конечно, и в Национальной академии, и в отраслевых академиях, должна происходить ротация кадров.

– Оксфорд и Кембридж – базовые места, которые движут науку. Есть ли у нас такие университеты, и знаете ли вы, какой бюджет 2015 года на науку?

– Например, Киевский политехнический институт, возглавляемый Згуровским. Они сделали полностью весь проект наших украинских беспилотников. У них мощный технопарк, есть много интересных проектов. Харьковский национальный университет, Харьковский национальный университет радиоэлектроники. В этих университетах исторически сложилась очень мощная школа, и очень много студентов ушли в бизнес. А потом они из бизнеса возвращаются в университеты – я называю это обратным трансфертом званий.

– Сколько в процентном отношении университетов в Украине имеют научную базу и занимаются научной деятельностью?

– Не более 20%. На НАН было выделено около 3 миллиардов гривен.  На Национальную академию педнаук Украины было выделено 108 миллионов.

– Это мизерные цифры. Когда-то наука развивалась в тех местах и в тех направлениях, где речь шла об обороне, о ВПК. Сейчас же государство свои гранты не дает.

– С бюджета было выделено 96 миллиардов гривен на оборонный бюджет, и там значительная часть денег идет на создание новых видов. И НАН, университеты, которые имеют серьезную науку, имеют доступ к этим деньгам. 41 университет работает вместе с “Укроборонпромом” над определенными промышленными образцами. И это означает, что мы начинаем покупать и у себя. Университеты начинают получать деньгидиверсифицировано. Деньги в государстве есть, но университеты должны быть эффективными, НАН должно быть эффективно. Должны быть руководители и в НАН, и в университетах, которые способны интегрировать опыт. Сегодня Кабмин готов давать деньги на науку, в том числе, на фундаментальную, увеличить в 2-3 раза, но структура Академии должна быть понятной и прозрачной. НАН нуждается в реформировании, но не в разрушении.

– Как нам сделать высшую школу качественной?

– Нам надо начинать со средней школы. Мы за 24 года потеряли ту фундаментальную составляющую, которой всегда славилась наша средняя школа – математика, физика, химия, биология. Мы через десять лет останемся без учителей математики и физики. Ситуация в средней школе потом отрежет инновационную часть экономики от человеческого капитала.

– У вас есть вопрос?

– Какая у вас зарплата? Кто основатель вашего канала?

– У меня есть несколько источников доходов. Основатель и хозяин нашего канала – господин Подщипков.

Спасибо большое.

 

 Источник